Травмы поколений.

Людмила ПетрановскаяДобрый день, дорогие мои друзья!

На сегодняшний день у меня была запланирована статья «Как научиться себя любить?».  Очень хотелось  порассуждать, постараться ответить на вопросы в комментариях к предыдущей статье «Любить себя», да и на свои тоже.  Однако, при просмотре материалов нашла статью Людмилы Петрановской «Травмы поколений»

Людмила Петрановская – семейный психолог, тренер, психодраматист.  В своей статье «Травмы поколений» она, на мой взгляд, дает развернутый ответ на вопрос: «Почему мы не умеем любить себя?»  Ведь любовь к себе заложена в каждого из нас Вселенной еще при рождении. Куда она уходит потом, почему мы теряем этот навык и даже не всегда способны вспомнить о нем.

Я предлагаю вам познакомиться с этой статьей. Не смотря на то, что она достаточно большая, привожу ее без сокращений. Думаю, она поможет вам найти ответы на многие свои вопросы. О многом, наверняка вы уже задумывались.  Людмила Петрановская показывает логическую связь между поколениями, как травмы одного поколения сказываются на жизни другого.

Когда я читала статью,  то вспоминала свою бабушку, которая пережила первую мировую войну, вынужденный переезд в Сибирь, во время войны осталась с семью детьми на руках. Мама, в четырнадцать лет начавшая свою трудовую деятельность. Отец, оставшийся без родителей в таком же возрасте.  Их стремление дать нам – своим детям, образование, «вывести в люди», постоянная забота о том, чтобы в доме было не просто достаточно, а много  еды, все были хорошо одеты.  Каждый, кто входил в их дом, должен был быть накормленным. Отсюда родом и моя гиперответственность, да и не только она.

В общем читайте сами, находите свои ответы.

«Травмы поколений». Людмила Петрановская.Травмы поколений

Как же она все-таки передается, травма?

Понятно, что можно всегда все объяснить «потоком», «переплетениями», «родовой памятью» и т. д. , и, вполне возможно, что совсем без мистики и не обойдешься, но если попробовать? Взять только самый понятный, чисто семейный аспект, родительско-детские отношения, без политики и идеологии. О них потом как-нибудь.

Живет себе семья. Молодая совсем, только поженились, ждут ребеночка. Или только родили. А может, даже двоих успели. Любят, счастливы, полны надежд. И тут случается катастрофа. Маховики истории сдвинулись с места и пошли перемалывать народ. Чаще всего первыми в жернова попадают мужчины. Революции, войны, репрессии – первый удар по ним.

И вот уже молодая мать осталась одна. Ее удел – постоянная тревога, непосильный труд (нужно и работать, и ребенка растить), никаких особых радостей. Похоронка, «десять лет без права переписки», или просто долгое отсутствие без вестей, такое, что надежда тает. Может быть, это и не про мужа, а про брата, отца, других близких. Каково состояние матери? Она вынуждена держать себя в руках, она не может толком отдаться горю. На ней ребенок (дети), и еще много всего. Изнутри раздирает боль, а выразить ее невозможно, плакать нельзя, «раскисать» нельзя. И она каменеет. Застывает в стоическом напряжении, отключает чувства, живет, стиснув зубы и собрав волю в кулак, делает все на автомате. Или, того хуже, погружается в скрытую депрессию, ходит, делает, что положено, хотя сама хочет только одного – лечь и умереть. Ее лицо представляет собой застывшую маску, ее руки тяжелы и не гнутся. Ей физически больно отвечать на улыбку ребенка, она минимизирует общение с ним, не отвечает на его лепет. Ребенок проснулся ночью, окликнул ее – а она глухо воет в подушку. Иногда прорывается гнев. Он подполз или подошел, теребит ее, хочет внимания и ласки, она когда может, отвечает через силу, но иногда вдруг как зарычит: «Да, отстань же», как оттолкнет, что он аж отлетит. Нет, она не него злится – на судьбу, на свою поломанную жизнь, на того, кто ушел и оставил и больше не поможет.

Только вот ребенок не знает всей подноготной происходящего. Ему не говорят, что случилось (особенно если он мал). Или он даже знает, но понять не может. Единственное объяснение, которое ему в принципе может прийти в голову: мама меня не любит, я ей мешаю, лучше бы меня не было. Его личность не может полноценно формироваться без постоянного эмоционального контакта с матерью, без обмена с ней взглядами, улыбками, звуками, ласками, без того, чтобы читать ее лицо, распознавать оттенки чувств в голосе. Это необходимо, заложено природой, это главная задача младенчества. А что делать, если у матери на лице депрессивная маска? Если ее голос однообразно тусклый от горя, или напряжено звенящий от тревоги?

Пока мать рвет жилы, чтобы ребенок элементарно выжил, не умер от голода или болезни, он растет себе, уже травмированный. Не уверенный, что его любят, не уверенный, что он нужен, с плохо развитой эмпатией. Даже интеллект нарушается в условиях депривации. Помните картину «Опять двойка»? Она написана в 51. Главному герою лет 11 на вид. Ребенок войны, травмированный больше, чем старшая сестра, захватившая первые годы нормальной семейной жизни, и младший брат, любимое дитя послевоенной радости – отец живой вернулся. На стене – трофейные часы. А мальчику трудно учиться.

Конечно, у всех все по-разному. Запас душевных сил у разных женщин разный. Острота горя разная. Характер разный. Хорошо, если у матери есть источники поддержки – семья, друзья, старшие дети. А если нет? Если семья оказалась в изоляции, как «враги народа», или в эвакуации в незнакомом месте? Тут или умирай, или каменей, а как еще выжить?

Идут годы, очень трудные годы, и женщина научается жить без мужа. «Я и лошадь, я и бык, я и баба, и мужик». Конь в юбке. Баба с яйцами. Назовите как хотите, суть одна. Это человек, который нес-нес непосильную ношу, да и привык. Адаптировался. И по-другому уже просто не умеет. Многие помнят, наверное, бабушек, которые просто физически не могли сидеть без дела. Уже старенькие совсем, все хлопотали, все таскали сумки, все пытались рубить дрова. Это стало способом справляться с жизнью. Кстати, многие из них стали настолько стальными – да, вот такая вот звукопись – что прожили очень долго, их и болезни не брали, и старость. И сейчас еще живы, дай им Бог здоровья.

В самом крайнем своем выражении, при самом ужасном стечении событий, такая женщина превращалась в монстра, способного убить своей заботой. И продолжала быть железной, даже если уже не было такой необходимости, даже если потом снова жила с мужем, и детям ничего не угрожало. Словно зарок выполняла.

Ярчайший образ описан в книге Павла Санаева «Похороните меня за плинтусом».

А вот что пишет о «Страшной бабе» Екатерина Михайлова («Я у себя одна» книжка называется): «Тусклые волосы, сжатый в ниточку рот…, чугунный шаг… Скупая, подозрительная, беспощадная, бесчувственная. Она всегда готова попрекнуть куском или отвесить оплеуху: «Не напасешься на вас, паразитов. Ешь, давай!»…. Ни капли молока не выжать из ее сосцов, вся она сухая и жесткая…» Там еще много очень точного сказано, и если кто не читал эти две книги, то надо обязательно.

Самое страшное в этой патологически измененной женщине – не грубость, и не властность. Самое страшное – любовь. Когда, читая Санаева, понимаешь, что это повесть о любви, о такой вот изуродованной любви, вот когда мороз-то продирает. У меня была подружка в детстве, поздний ребенок матери, подростком пережившей блокаду. Она рассказывала, как ее кормили, зажав голову между голенями и вливая в рот бульон. Потому что ребенок больше не хотел и не мог, а мать и бабушка считали, что надо. Их так пережитый голод изнутри грыз, что плач живой девочки, родной, любимой, голос этого голода перекрыть не мог.

А другую мою подружку мама брала с собой, когда делала подпольные аборты. И она показывала маленькой дочке полный крови унитаз со словами: вот, смотри, мужики-то, что они с нами делают. Вот она, женская наша доля. Хотела ли она травмировать дочь? Нет, только уберечь. Это была любовь.

А самое ужасное – что черты «Страшной бабы» носит вся наша система защиты детей до сих пор. Медицина, школа, органы опеки. Главное – чтобы ребенок был «в порядке». Чтобы тело было в безопасности. Душа, чувства, привязанности – не до этого. Спасти любой ценой. Накормить и вылечить. Очень-очень медленно это выветривается, а нам-то в детстве по полной досталось, няньку, которая половой тряпкой по лицу била, кто не спал днем, очень хорошо помню.

Но оставим в стороне крайние случаи. Просто женщина, просто мама. Просто горе. Просто ребенок, выросший с подозрением, что не нужен и нелюбим, хотя это неправда и ради него только и выжила мама и вытерпела все. И он растет, стараясь заслужить любовь, раз она ему не положена даром. Помогает. Ничего не требует. Сам собой занят. За младшими смотрит. Добивается успехов. Очень старается быть полезным. Только полезных любят. Только удобных и правильных. Тех, кто и уроки сам сделает, и пол в доме помоет, и младших уложит, ужин к приходу матери приготовит. Слышали, наверное, не раз такого рода рассказы про послевоенное детство? “Нам в голову прийти не могло так с матерью разговаривать!” — это о современной молодежи. Еще бы. Еще бы. Во-первых, у железной женщины и рука тяжелая. А во-вторых — кто ж будет рисковать крохами тепла и близости? Это роскошь, знаете ли, родителям грубить.

Травма пошла на следующий виток.***

Настанет время, и сам этот ребенок создаст семью, родит детей. Годах примерно так в 60-х. Кто-то так был «прокатан» железной матерью, что оказывался способен лишь воспроизводить ее стиль поведения. Надо еще не забывать, что матерей-то многие дети не очень сильно и видели, в два месяца – ясли, потом пятидневка, все лето – с садом на даче и т . д. То есть «прокатывала» не только семья, но и учреждения, в которых «Страшных баб» завсегда хватало.

Но рассмотрим вариант более благополучный. Ребенок был травмирован горем матери, но вовсе душу ему не отморозило. А тут вообще мир и оттепель, и в космос полетели, и так хочется жить, и любить, и быть любимым. Впервые взяв на руки собственного, маленького и теплого ребенка, молодая мама вдруг понимает: вот он. Вот тот, кто наконец-то полюбит ее по-настоящему, кому она действительно нужна. С этого момента ее жизнь обретает новый смысл. Она живет ради детей. Или ради одного ребенка, которого она любит так страстно, что и помыслить не может разделить эту любовь еще на кого-то. Она ссорится с собственной матерью, которая пытается отстегать внука крапивой – так нельзя. Она обнимает и целует свое дитя, и спит с ним вместе, и не надышится на него, и только сейчас, задним числом осознает, как многого она сама была лишена в детстве. Она поглощена этим новым чувством полностью, все ее надежды, чаяния – все в этом ребенке. Она «живет его жизнью», его чувствами, интересами, тревогами. У них нет секретов друг о друга. С ним ей лучше, чем с кем бы то ни было другим.

И только одно плохо – он растет. Стремительно растет, и что же потом? Неужто снова одиночество? Неужто снова – пустая постель? Психоаналитики тут бы много чего сказали, про перемещенный эротизм и все такое, но мне сдается, что нет тут никакого эротизма особого. Лишь ребенок, который натерпелся одиноких ночей и больше не хочет. Настолько сильно не хочет, что у него разум отшибает. «Я не могу уснуть, пока ты не придешь». Мне кажется, у нас в 60-70-е эту фразу чаще говорили мамы детям, а не наоборот.

Что происходит с ребенком? Он не может не откликнуться на страстный запрос его матери о любви. Это вывшее его сил. Он счастливо сливается с ней, он заботится, он боится за ее здоровье. Самое ужасное – когда мама плачет, или когда у нее болит сердце. Только не это. «Хорошо, я останусь, мама. Конечно, мама, мне совсем не хочется на эти танцы». Но на самом деле хочется, ведь там любовь, самостоятельная жизнь, свобода, и обычно ребенок все-таки рвет связь, рвет больно, жестко, с кровью, потому что добровольно никто не отпустит. И уходит, унося с собой вину, а матери оставляя обиду. Ведь она «всю жизнь отдала, ночей не спала». Она вложила всю себя, без остатка, а теперь предъявляет вексель, а ребенок не желает платить. Где справедливость? Тут и наследство “железной” женщины пригождается, в ход идут скандалы, угрозы, давление. Как ни странно, это не худший вариант. Насилие порождает отпор и позволяет-таки отделиться, хоть и понеся потери.

Некоторые ведут свою роль так искусно, что ребенок просто не в силах уйти. Зависимость, вина, страх за здоровье матери привязывают тысячами прочнейших нитей, про это есть пьеса Птушкиной «Пока она умирала», по которой гораздо более легкий фильм снят, там Васильева маму играет, а Янковский – претендента на дочь. Каждый Новый год показывают, наверное, видели все. А лучший – с точки зрения матери – вариант, если дочь все же сходит ненадолго замуж и останется с ребенком. И тогда сладкое единение можно перенести на внука и длить дальше, и, если повезет, хватит до самой смерти.

И часто хватает, поскольку это поколение женщин гораздо менее здорово, они часто умирают намного раньше, чем их матери, прошедшие войну. Потому что стальной брони нет, а удары обиды разрушают сердце, ослабляют защиту от самых страшных болезней. Часто свои неполадки со здоровьем начинают использовать как неосознанную манипуляцию, а потом трудно не заиграться, и вдруг все оказывается по настоящему плохо. При этом сами они выросли без материнской внимательной нежной заботы, а значит, заботиться о себе не привыкли и не умеют, не лечатся, не умеют себя баловать, да, по большому счету, не считают себя такой уж большой ценностью, особенно если заболели и стали «бесполезны».

Но что-то мы все о женщинах, а где же мужчины? Где отцы? От кого-то же надо было детей родить?

С этим сложно. Девочка и мальчик, выросшие без отцов, создают семью. Они оба голодны на любовь и заботу. Она оба надеются получить их от партнера. Но единственная модель семьи, известная им – самодостаточная «баба с яйцами», которой, по большому счету, мужик не нужен. То есть классно, если есть, она его любит и все такое. Но по-настоящему он ни к чему, не пришей кобыле хвост, розочка на торте. «Посиди, дорогой, в сторонке, футбол посмотри, а то мешаешь полы мыть. Не играй с ребенком, ты его разгуливаешь, потом не уснет. Не трогай, ты все испортишь. Отойди, я сама» И все в таком духе. А мальчики-то тоже мамами выращены. Слушаться привыкли. Психоаналитики бы отметили еще, что с отцом за маму не конкурировали и потому мужчинами себя не почувствовали. Ну, и чисто физически в том же доме нередко присутствовала мать жены или мужа, а то и обе. А куда деваться? Поди тут побудь мужчиной…

Некоторые мужчины находили выход, становясь «второй мамой». А то и единственной, потому что сама мама-то, как мы помним, «с яйцами» и железом погромыхивает. В самом хорошем варианте получалось что-то вроде папы дяди Федора: мягкий, заботливый, чуткий, все разрешающий. В промежуточном – трудоголик, который просто сбегал на работу от всего от этого. В плохом — алкоголик. Потому что мужчине, который даром не нужен своей женщине, который все время слышит только «отойди, не мешай», а через запятую «что ты за отец, ты совершенно не занимаешься детьми» (читай «не занимаешься так, как Я считаю нужным»), остается или поменять женщину – а на кого, если все вокруг примерно такие? – или уйти в забытье.

С другой стороны, сам мужчина не имеет никакой внятной модели ответственного отцовства. На их глазах или в рассказах старших множество отцов просто встали однажды утром и ушли – и больше не вернулись. Вот так вот просто. И ничего, нормально. Поэтому многие мужчины считали совершенно естественным, что, уходя из семьи, они переставали иметь к ней отношение, не общались с детьми, не помогали. Искренне считали, что ничего не должны «этой истеричке», которая осталась с их ребенком, и на каком-то глубинном уровне, может, были и правы, потому что нередко женщины просто юзали их, как осеменителей, и дети были им нужнее, чем мужики. Так что еще вопрос, кто кому должен. Обида, которую чувствовал мужчина, позволяла легко договориться с совестью и забить, а если этого не хватало, так вот ведь водка всюду продается.

Ох, эти разводы семидесятых — болезненные, жестокие, с запретом видеться с детьми, с разрывом всех отношений, с оскорблениями и обвинениями. Мучительное разочарование двух недолюбленных детей, которые так хотели любви и счастья, столько надежд возлагали друг на друга, а он/она – обманул/а, все не так, сволочь, сука, мразь… Они не умели налаживать в семье круговорот любви, каждый был голоден и хотел получать, или хотел только отдавать, но за это – власти. Они страшно боялись одиночества, но именно к нему шли, просто потому, что, кроме одиночества никогда ничего не видели.

В результате – обиды, душевные раны, еще больше разрушенное здоровье, женщины еще больше зацикливаются на детях, мужчины еще больше пьют.

У мужчин на все это накладывалась идентификация с погибшими и исчезнувшими отцами. Потому что мальчику надо, жизненно необходимо походить на отца. А что делать, если единственное, что о нем известно – что он погиб? Был очень смелым, дрался с врагами – и погиб? Или того хуже – известно только, что умер? И о нем в доме не говорят, потому что он пропал без вести, или был репрессирован? Сгинул – вот и вся информация? Что остается молодому парню, кроме суицидального поведения? Выпивка, драки, сигареты по три пачки в день, гонки на мотоциклах, работа до инфаркта. Мой отец был в молодости монтажник-высотник. Любимая фишка была – работать на высоте без страховки. Ну, и все остальное тоже, выпивка, курение, язва. Развод, конечно, и не один. В 50 лет инфаркт и смерть. Его отец пропал без вести, ушел на фронт еще до рождения сына. Неизвестно ничего, кроме имени, ни одной фотографии, ничего.

Вот в таком примерно антураже растут детки, третье уже поколение.

В моем классе больше, чем у половины детей родители были в разводе, а из тех, кто жил вместе, может быть, только в двух или трех семьях было похоже на супружеское счастье. Помню, как моя институтская подруга рассказывала, что ее родители в обнимку смотрят телевизор и целуются при этом. Ей было 18, родили ее рано, то есть родителям было 36-37. Мы все были изумлены. Ненормальные, что ли? Так не бывает!

Естественно, соответствующий набор слоганов: «Все мужики – сволочи», «Все бабы – суки», «Хорошее дело браком не назовут». А что, жизнь подтверждала. Куда ни глянь…

Но случилось и хорошее. В конце 60-х матери получили возможность сидеть с детьми до года. Они больше не считались при этом тунеядками. Вот кому бы памятник поставить, так автору этого нововведения. Не знаю только, кто он. Конечно, в год все равно приходилось отдавать, и это травмировало, но это уже несопоставимо, и об этой травме в следующий раз. А так-то дети счастливо миновали самую страшную угрозу депривации, самую калечащую – до года. Ну, и обычно народ крутился еще потом, то мама отпуск возьмет, то бабушки по очереди, еще выигрывали чуток. Такая вот игра постоянная была – семья против «подступающей ночи», против «Страшной бабы», против железной пятки Родины-матери. Такие кошки-мышки.

А еще случилось хорошее – отдельно жилье стало появляться. Хрущобы пресловутые. Тоже поставим когда-нибудь памятник этим хлипким бетонным стеночкам, которые огромную роль выполнили – прикрыли наконец семью от всевидящего ока государства и общества. Хоть и слышно было все сквозь них, а все ж какая-никакая – автономия. Граница. Защита. Берлога. Шанс на восстановление.

Третье поколение начинает свою взрослую жизнь со своим набором травм, но и со своим довольно большим ресурсом. Нас любили. Пусть не так, как велят психологи, но искренне и много. У нас были отцы. Пусть пьющие и/или «подкаблучники» и/или «бросившие мать козлы» в большинстве, но у них было имя, лицо и они нас тоже по своему любили. Наши родители не были жестоки. У нас был дом, родные стены.

Не у всех все одинаково, конечно, были семье более и менее счастливые и благополучные.

Но в общем и целом.

Короче, с нас причитается.***

Итак, третье поколение. Не буду здесь жестко привязываться к годам рождения, потому что кого-то родили в 18, кого-то – в 34, чем дальше, тем больше размываются отчетливые «берега» потока. Здесь важна передача сценария, а возраст может быть от 50 до 30. Короче, внуки военного поколения, дети детей войны.

«С нас причитается» — это, в общем, девиз третьего поколения. Поколения детей, вынужденно ставших родителями собственных родителей. В психологи такое называется «парентификация».

А что было делать? Недолюбленные дети войны распространяли вокруг столь мощные флюиды беспомощности, что не откликнуться было невозможно. Поэтому дети третьего поколения были не по годам самостоятельны и чувствовали постоянную ответственность за родителей. Детство с ключом на шее, с первого класса самостоятельно в школу – в музыкалку – в магазин, если через пустырь или гаражи – тоже ничего. Уроки сами, суп разогреть сами, мы умеем. Главное, чтобы мама не расстраивалась. Очень показательны воспоминания о детстве: «Я ничего у родителей не просила, всегда понимала, что денег мало, старалась как-то зашить, обойтись», «Я один раз очень сильно ударился головой в школе, было плохо, тошнило, но маме не сказал – боялся расстроить. Видимо, было сотрясение, и последствия есть до сих пор», «Ко мне сосед приставал, лапать пытался, то свое хозяйство показывал. Но я маме не говорила, боялась, что ей плохо с сердцем станет», «Я очень по отцу тосковал, даже плакал потихоньку. Но маме говорил, что мне хорошо и он мне совсем не нужен. Она очень злилась на него после развода». У Дины Рубинной есть такой рассказ пронзительный «Терновник». Классика: разведенная мама, шестилетний сын, самоотверженно изображающий равнодушие к отцу, которого страстно любит. Вдвоем с мамой, свернувшись калачиком, в своей маленькой берлоге против чужого зимнего мира. И это все вполне благополучные семьи, бывало и так, что дети искали пьяных отцов по канавам и на себе притаскивали домой, а мамочку из петли вытаскивали собственными руками или таблетки от нее прятали. Лет эдак в восемь.

А еще разводы, как мы помним, или жизнь в стиле кошка с собакой» (ради детей, конечно). И дети-посредники, миротворцы, которые душу готовы продать, чтобы помирить родителей, чтобы склеить снова семейное хрупкое благополучие. Не жаловаться, не обострять, не отсвечивать, а то папа рассердится, а мама заплачет, и скажет, что «лучше бы ей сдохнуть, чем так жить», а это очень страшно. Научиться предвидеть, сглаживать углы, разряжать обстановку. Быть всегда бдительным, присматривать за семьей. Ибо больше некому.

Символом поколения можно считать мальчика дядю Федора из смешного мультика. Смешной-то смешной, да не очень. Мальчик-то из всей семьи самый взрослый. А он еще и в школу не ходит, значит, семи нет. Уехал в деревню, живет там сам, но о родителях волнуется. Они только в обморок падают, капли сердечные пьют и руками беспомощно разводят.

Или помните мальчика Рому из фильма«Вам и не снилось»? Ему 16, и он единственный взрослый из всех героев фильма. Его родители – типичные «дети войны», родители девочки – «вечные подростки», учительница, бабушка… Этих утешить, тут поддержать, тех помирить, там помочь, здесь слезы вытереть. И все это на фоне причитаний взрослых, мол, рано еще для любви. Ага, а их всех нянчить – в самый раз.

Так все детство. А когда настала пора вырасти и оставить дом – муки невозможной сепарации, и вина, вина, вина, пополам со злостью, и выбор очень веселый: отделись – и это убьет мамочку, или останься и умри как личность сам.

Впрочем, если ты останешься, тебе все время будут говорить, что нужно устраивать собственную жизнь, и что ты все делаешь не так, нехорошо и неправильно, иначе уже давно была бы своя семья. При появлении любого кандидата он, естественно, оказывался бы никуда не годным, и против него начиналась бы долгая подспудная война до победного конца. Про это все столько есть фильмов и книг, что даже перечислять не буду.

Интересно, что при всем при этом и сами они, и их родители воспринимали свое детство как вполне хорошее. В самом деле: дети любимые, родители живы, жизнь вполне благополучная. Впервые за долгие годы – счастливое детство без голода, эпидемий, войны и всего такого.

Ну, почти счастливое. Потому что еще были детский сад, часто с пятидневкой, и школа, и лагеря и прочие прелести советского детства, которые были кому в масть, а кому и не очень. И насилия там было немало, и унижений, а родители-то беспомощные, защитить не могли. Или даже на самом деле могли бы, но дети к ним не обращались, берегли. Я вот ни разу маме не рассказывала, что детском саду тряпкой по морде бьют и перловку через рвотные спазмы в рот пихают. Хотя теперь, задним числом, понимаю, что она бы, пожалуй, этот сад разнесла бы по камешку. Но тогда мне казалось – нельзя.

Это вечная проблема – ребенок некритичен, он не может здраво оценить реальное положение дел. Он все всегда принимает на свой счет и сильно преувеличивает. И всегда готов принести себя в жертву. Так же, как дети войны приняли обычные усталость и горе за нелюбовь, так же их дети принимали некоторую невзрослость пап и мам за полную уязвимость и беспомощность. Хотя не было этого в большинстве случаев, и вполне могли родители за детей постоять, и не рассыпались бы, не умерили от сердечного приступа. И соседа бы укоротили, и няньку, и купили бы что надо, и разрешили с папой видеться. Но – дети боялись. Преувеличивали, перестраховывались. Иногда потом, когда все раскрывалось, родители в ужасе спрашивали: «Ну, почему ты мне сказал? Да я бы, конечно…» Нет ответа. Потому что – нельзя. Так чувствовалось, и все.

Третье поколение стало поколением тревоги, вины, гиперответственности. У всего этого были свои плюсы, именно эти люди сейчас успешны в самых разных областях, именно они умеют договариваться и учитывать разные точки зрения. Предвидеть, быть бдительными, принимать решения самостоятельно, не ждать помощи извне – сильные стороны. Беречь, заботиться, опекать.

Но есть у гиперответственности, как у всякого «гипер» и другая сторона. Если внутреннему ребенку военных детей не хватало любви и безопасности, то внутреннему ребенку «поколения дяди Федора» не хватало детскости, беззаботности. А внутренний ребенок – он свое возьмет по-любому, он такой. Ну и берет. Именно у людей этого поколения часто наблюдается такая штука, как «агрессивно-пассивное поведение». Это значит, что в ситуации «надо, но не хочется» человек не протестует открыто: «не хочу и не буду!», но и не смиряется «ну, надо, так надо». Он всякими разными, порой весьма изобретательными способами, устраивает саботаж. Забывает, откладывает на потом, не успевает, обещает и не делает, опаздывает везде и всюду и т. п. Ох, начальники от этого воют прямо: ну, такой хороший специалист, профи, умница, талант, но такой неорганизованный…

Часто люди этого поколения отмечают у себя чувство, что они старше окружающих, даже пожилых людей. И при этом сами не ощущают себя «вполне взрослыми», нет «чувства зрелости». Молодость как-то прыжком переходит в пожилой возраст. И обратно, иногда по нескольку раз в день.

Еще заметно сказываются последствия «слияния» с родителями, всего этого «жить жизнью ребенка». Многие вспоминают, что в детстве родители и/или бабушки не терпели закрытых дверей: «Ты что, что-то скрываешь?». А врезать в свою дверь защелку было равносильно «плевку в лицо матери». Ну, о том, что нормально проверить карманы, стол, портфель и прочитать личный дневник… Редко какие родители считали это неприемлемым. Про сад и школу вообще молчу, одни туалеты чего стоили, какие нафиг границы… В результате дети, выросший в ситуации постоянного нарушения границ, потом блюдут эти границы сверхревностно. Редко ходят в гости и редко приглашают к себе. Напрягает ночевка в гостях (хотя раньше это было обычным делом). Не знают соседей и не хотят знать – а вдруг те начнут в друзья набиваться? Мучительно переносят любое вынужденное соседство (например, в купе, в номере гостиницы), потому что не знают, не умеют ставить границы легко и естественно, получая при этом удовольствие от общения, и ставят «противотанковые ежи» на дальних подступах.

А что с семьей? Большинство и сейчас еще в сложных отношения со своими родителями (или их памятью), у многих не получилось с прочным браком, или получилось не с первой попытки, а только после отделения (внутреннего) от родителей.

Конечно, полученные и усвоенный в детстве установки про то, что мужики только и ждут, чтобы «поматросить и бросить», а бабы только и стремятся, что «подмять под себя», счастью в личной жизни не способствуют. Но появилась способность «выяснять отношения», слышать друг друга, договариваться. Разводы стали чаще, поскольку перестали восприниматься как катастрофа и крушение всей жизни, но они обычно менее кровавые, все чаще разведенные супруги могут потом вполне конструктивно общаться и вместе заниматься детьми.

Часто первый ребенок появлялся в быстротечном «осеменительском» браке, воспроизводилась родительская модель. Потом ребенок отдавался полностью или частично бабушке в виде «откупа», а мама получала шанс таки отделиться и начать жить своей жизнью. Кроме идеи утешить бабушку, здесь еще играет роль многократно слышанное в детстве «я на тебя жизнь положила». То есть люди выросли с установкой, что растить ребенка, даже одного – это нечто нереально сложное и героическое. Часто приходится слышать воспоминания, как тяжело было с первенцем. Даже у тех, кто родил уже в эпоху памперсов, питания в баночках, стиральных машин-автоматов и прочих прибамбасов. Не говоря уже о центральном отоплении, горячей воде и прочих благах цивилизации. «Я первое лето провела с ребенком на даче, муж приезжал только на выходные. Как же было тяжело! Я просто плакала от усталости» Дача с удобствами, ни кур, ни коровы, ни огорода, ребенок вполне здоровый, муж на машине привозит продукты и памперсы. Но как же тяжело!

А как же не тяжело, если известны заранее условия задачи: «жизнь положить, ночей не спать, здоровье угробить». Тут уж хочешь – не хочешь… Эта установка заставляет ребенка бояться и избегать. В результате мама, даже сидя с ребенком, почти с ним не общается и он откровенно тоскует. Нанимаются няни, они меняются, когда ребенок начинает к ним привязываться – ревность! – и вот уже мы получаем новый круг – депривированого, недолюбленного ребенка, чем-то очень похожего на того, военного, только войны никакой нет. Призовой забег. Посмотрите на детей в каком-нибудь дорогом пансионе полного содержания. Тики, энурез, вспышки агрессии, истерики, манипуляции. Детдом, только с английским и теннисом. А у кого нет денег на пансион, тех на детской площадке в спальном районе можно увидеть. «Куда полез, идиот, сейчас получишь, я потом стирать должна, да?» Ну, и так далее, «сил моих на тебя нет, глаза б мои тебя не видели», с неподдельной ненавистью в голосе. Почему ненависть? Так он же палач! Он же пришел, чтобы забрать жизнь, здоровье, молодость, так сама мама сказала!

Другой вариант сценария разворачивает, когда берет верх еще одна коварная установка гиперответственных: все должно быть ПРАВИЛЬНО! Наилучшим образом! И это – отдельная песня. Рано освоившие родительскую роль «дяди Федоры» часто бывают помешаны на сознательном родительстве. Господи, если они осилили в свое время родительскую роль по отношению к собственным папе с мамой, неужели своих детей не смогут воспитать по высшему разряду? Сбалансированное питание, гимнастика для грудничков, развивающие занятия с года, английский с трех. Литература для родителей, читаем, думаем, пробуем. Быть последовательными, находить общий язык, не выходить из себя, все объяснять, ЗАНИМАТЬСЯ РЕБЕНКОМ.

И вечная тревога, привычная с детства – а вдруг что не так? А вдруг что-то не учли? а если можно было и лучше? И почему мне не хватает терпения? И что ж я за мать (отец)?

В общем, если поколение детей войны жило в уверенности, что они – прекрасные родители, каких поискать, и у их детей счастливое детство, то поколение гиперответственных почти поголовно поражено «родительским неврозом». Они (мы) уверены, что они чего-то не учли, не доделали, мало «занимались ребенком (еще и работать посмели, и карьеру строить, матери-ехидны), они (мы) тотально не уверенны в себе как в родителях, всегда недовольны школой, врачами, обществом, всегда хотят для своих детей больше и лучше.

Несколько дней назад мне звонила знакомая – из Канады! – с тревожным вопросом: дочка в 4 года не читает, что делать? Эти тревожные глаза мам при встрече с учительницей – у моего не получаются столбики! «А-а-а, мы все умрем!», как любит говорить мой сын, представитель следующего, пофигистичного, поколения. И он еще не самый яркий, так как его спасла непроходимая лень родителей и то, что мне попалась в свое время книжка Никитиных, где говорилось прямым текстом: мамашки, не парьтесь, делайте как вам приятно и удобно и все с дитем будет хорошо. Там еще много всякого говорилось, что надо в специальные кубики играть и всяко развивать, но это я благополучно пропустила Оно само развилось до вполне приличных масштабов.

К сожалению, у многих с ленью оказалось слабовато. И родительствовали они со страшной силой и по полной программе. Результат невеселый, сейчас вал обращений с текстом «Он ничего не хочет. Лежит на диване, не работает и не учится. Сидит, уставившись в компьютер. Ни за что не желает отвечать. На все попытки поговорить огрызается.». А чего ему хотеть, если за него уже все отхотели? За что ему отвечать, если рядом родители, которых хлебом не корми – дай поотвечать за кого-нибудь? Хорошо, если просто лежит на диване, а не наркотики принимает. Не покормить недельку, так, может, встанет. Если уже принимает – все хуже.

Но это поколение еще только входит в жизнь, не будем пока на него ярлыки вешать. Жизнь покажет.

Чем дальше, чем больше размываются «берега», множатся, дробятся, причудливо преломляются последствия пережитого. Думаю, к четвертому поколению уже гораздо важнее конкретный семейный контекст, чем глобальная прошлая травма. Но нельзя не видеть, что много из сегодняшнего дня все же растет из прошлого.

Поделитесь ссылкой на статью со своими друзьями. Спасибо! Читайте также «Перестаньте беспокоиться, начните жить».

Травмы поколений.: 54 комментария

  1. nata777

    Когда говорят про родовые травмы, я всегда думаю о том, что все наши предки пережили войну. И выходит, а значит, у нас у всех эти травмы есть.

    [Ответить]

    Зоя:

    nata777! Рюкзак с камнями, которые собирались всем родом, будет пополнятся до тех пор пока кто-нибудь не примет решение принять то, что уже произошло, отпустить это и позволит себе быть счастливым, гармоничным, успешным, чтобы уже другое наследство передавать по роду

    [Ответить]

    Мария:

    Знаете, прочитала статью до конца. Плакала даже, как все правильно в ней написано. И вы правы, нужно просто отпустить. Я и родителям своим говорю отпустите. Живите настоящим, но они не в какую. Мы всю жизнь так жили и так будем жить, будем так рассуждать, потому что так рассуждали всю жизнь. И им не важно, что такие рассуждения приносят боль и плохо отражаются на психологическом состоянии ребенка. Плохо еще что живем вместе и разъехаться не можем. Такое чувство, что у людей мозг напрочь отсутствует или хуже есть установка его просто нельзя включать.

    [Ответить]

    Юлия:

    Спасибо, Зоя, я сейчас познаю себя, живу, понимаю, душой, что то не так, «докапалась» до вашей статьи))
    прочитав её сразу паника началась «как быть дальше, как же быть, ай-яй-яй, безответственно» (я из гиперответственного поколения) …в общем, спасибо за совет о принятии, а то уже тяжело тащить груз прошло и предков, да так тяжело, что уже на физике отображается….при этом мне тяжело, но тяжело от самой себя, ненужных страхов, ненужной ответственности…..

    [Ответить]

    Зоя:

    Юлия! Не просто бывает разобраться в своих состояниях, событиях, которые возникают вокруг тебя, но чтобы разгрести груз страхов, который с годами давит все больше. Сейчас достаточно возможностей получить помощь, разобраться со своими проблемами, чтобы это еще и на здоровье не сказывалось.

    [Ответить]

  2. Виолета

    Все мы родом из детства и не только нашей стране присущи такие тягости выпавшие на женскую долю. Но родители любви недополучили, сами не додали. Вот и ждем когда будет разорван порочный круг.

    [Ответить]

    Зоя:

    Виолета! Законы психологии, как и законы физики не имеют национальности. Просто в данной статье автор отследила влияние основных исторических процессов на судьбы семей, родовые истории. Остановить нежелательный процесс мы можем только сами, иначе все это останется в наследство детям.

    [Ответить]

  3. Хуторная Елена

    Вот это да, вот это статья. Не все в нашей семье буквально как описано, но вот насчет моей гиперответственности, например, с которой до сих пор до конца совладать не могу, это да. Хотя мне не пришлось быть родителем своим родителям, мама всегда была опорой для меня, защищала меня, хотя про то, что со мной случалось, тоже ведь не говорила ей, вот правда, установка такая была, что нельзя говорить. И я тоже думаю, что лень иногда спасает )))

    [Ответить]

    Зоя:

    Хуторная Елена! Много совпадений, они конечно же не буквально один в один, то достаточно точно отражают какие-то общие моменты. Мы тоже не бегали с жалобами к родителям, и в голову не приходило спорить, перечить. Сейчас уже свои внуки, а думаешь прежде чем ответить маме, все слова должны быть точными, без современного сленга, по первому же запросу все бросаешь и несешься, хотя она не смотря на свой возраст достаточно активна и самостоятельна. Дети уже более свободны в своих действиях и высказываниях, порой даже не замечая этого спокойно перекладывают свою ответственность. Это очевидный результат уже моей гиперответственности, тревожности, когда готов впереди паровоза, лишь бы успеть соломку подстелить. Думаю, что это не только в нашей семье так.

    [Ответить]

  4. Lidiya

    …….всему есть обьяснение, всем-всем поступкам -у всего есть первопричина- прослеживаются причинно-следственные связи…главное вовремя остановиться, осознать и по возможности перестроится….

    [Ответить]

    Зоя:

    Lidiya! В какой-то момент поняла, что не все идет так, как хочу, стала анализировать, читать, искать материалы. Просматривались некоторые повторы по родовой линии. После общения с коучами пришло понимание, что недостаточно просто мыслить позитивно, многие проблемы имеют большую историю и чтобы дочь и внучки не шагали по тем же граблям стала более серьезно изучать историю семьи. Только изменения на этом уровне могут принести результаты.

    [Ответить]

    Мария:

    А, мне кажется, что ничего уже не изменишь, это как вирус.. Серьезный вирус — один заболел, другой заразился. Единственное, что можно изменить — это только себя и мир вокруг себя пусть с трудом, но в любом случае он будет меняться. По поводу — все идет не так идет как я хочу, мне вообще кажется, что я человек с другой планеты. Что родители мне вовсе не родители. И во всех наших страданиях мы виноваты сами. Надо добрее относиться к окружающим, особенно к своим близким. Но, ведь добро оно то же злым бывает. Наверное тут мышления не хватает.

    [Ответить]

  5. Юлия Эргин

    Зоя! Я кланяюсь Вам в ноги, за то, что разместили эту статью! Я плакала, когда читала, так пронзительно, правдиво и честно! И понятно!!! Откуда ноги растут и слезы наши в детстве и юности. На просторах любимого интернета не часто встретишь такое Еще раз спасибо! Продолжение будет?

    [Ответить]

    Зоя:

    Юлия Эргин! Благодарить за такую необходимую, честную статью необходимо автора — Людмилу Петрановскую. Не плакала, но волной накрыло, перечитала несколько раз. Продолжения у этой статьи нет, но можно познакомиться с другими статьями автора. Она работает прежде всего с детьми, а для решения их проблем часто привлекает и родителей. В интернете есть тренеры, коучи, психологи, которые помогают решить проблемы и вопросы, связанные с историей рода: Олег Чечель, Л.Димитрошкина,Ирина Василакий. Вы можете найти других, я читаю этих авторов, была на тренингах, с О.Чечелем общалась в скайпе.

    [Ответить]

  6. Леонид

    Статья прямо цепляет за душу, все правильно написано, все идет с прошлых поколений и с детства.

    [Ответить]

    Зоя:

    Леонид! Все верно. Различие лишь в том, что наши родители этого не знали, сами тащили этот груз и нам передали, а у нас эти знания есть. Соответственно, передавать рюкзак с родовыми проблемами дальше по наследству своим детям уже не стоит.

    [Ответить]

  7. Диляра

    Детям нужно свобода, а мы боимся за них и контролируем каждый их шаг. От этого только хуже, запретный плод сладок. Постараюсь вынести из статьи суть и отношение к детям.

    [Ответить]

    Зоя:

    Диляра! Это очень сложно бывает найти разумное равновесие в заботе о ребенке, его безопасности и излишней опеке. Отсюда и многие проблемы.

    [Ответить]

  8. natabul

    Травмы поколения получили ощутимые.И какому-то из новых поколений (хотят они этого или нет)придется,как говорится,отрабатывать .Вот только бы сделать это правильно!

    [Ответить]

    Зоя:

    natabul! Сейчас достаточно возможностей, чтобы все сделать правильно. Единственное, как всегда, сожалеем, что этих знаний не было лет двадцать-тридцать назад, скольких граблей удалось бы избежать.

    [Ответить]

    Светлана:

    Зоя, я тоже сожалею, что не было знаний о том, как наши слова, чувства и действия с маленькими детьми отражаются на их взрослении. Сколько проблем просто не передали бы своим детям! Я помню эти ужасные книги о воспитании детей: один уход за физическим телом и набор детсадовских правил о воспитании.

    [Ответить]

    Зоя:

    Светлана! Нас воспитывали со словом «надо» и мы тоже это передавали своим детям. А с другой стороны так хотелось дать то, чего не было у нас, от всего защитить, подложить соломки. Никто же не научил нас во время тому, что прежде всего самой надо быть здоровой и счастливой, тогда и у ребенка все будет хорошо в жизни.

    [Ответить]

  9. Ирина

    У меня муж часто повторяет:» Кому, что на роду написано», но я почему -то думаю, что надо преломить это написанное и прервать цепь с родовыми проблемами.

    [Ответить]

    Зоя:

    Ирина! Наверное, не просто разорвать цепь, а решив вопросы, чтобы родовые проблемы прекратили свое существование, потому что они осознаны, уроки усвоены.

    [Ответить]

  10. Эдуард

    Спасибо огромное за такую правдиво-честную, пронзительную статью! Мы все хотим, чтобы наши дети выросли самые-самые. Однако это желание нередко выходит боком. Заинтересовала книга Никитиных. Нужно будет поискать в интернете. Твит.

    [Ответить]

    Зоя:

    Эдуард! Потому наши желания и выходят нам боком, что мы сами не решив своих вопросов, твердо уверены в своих знаниях, что лучше для наших детей. Надо сначала научиться быть самим счастливыми не на словах, а по состоянию души. Тогда эта радость жизни будет передаваться детям на энергетическом уровне, при общении, а не на сказках про Золушку, да еще в современном варианте.

    [Ответить]

    Вера:

    Мы хотим — это самая большая ошибка! Пусть каждый делает то, что он хочет! А не то, что я хочу! Я не хотела получать высшее образование, заметьте, получать, а не учиться в институте. Но мои родители этого хотели, я сопротивляться не могла, потому выбрала институт, который ближе к дому. Муж хотел играть в футбол, а его заставили играть на баяне. Чью жизнь мы живем? Я теперь уже свою, потому что научилась жить отдельно от родителей. А сестра так до сих пор живет под игом отца, мамы уже нет. Знаете, это было трудно сказать, что моя жизнь — моя личная и ваши советы мне не нужны.
    Через это мне пришлось пройти дважды. Первый раз со своими родителями, второй раз с матерью мужа. Она не особо лезла к нам, потому что у нее был любимым другой сын. Так она его своей кошмарной любовью свела в могилу в прямом смысле. После ее очередного визита он закончил жизнь по собственному желанию, но мать это не остановило, она всех сделала виноватыми в трагедии. Всем досталось от нее. Ей пришлось жить последние годы жизни в нашей семье, вот, где был кошмар. Властность и ненависть вкупе с агрессией, унижение всех, хозяйское поведение. Мне потребовалось 3 года, что привести ее в порядок. Мужу было очень трудно. Он словно заново родился после ее смерти.
    Вот они травмы.

    [Ответить]

  11. Анна

    история России — это постоянные травмы поколений. То та, то эта. Я тоже, когда слушаю историю семей моей мамы и папы, то готова расплакаться. Как много горя!

    [Ответить]

    Зоя:

    Анна! История любого государства содержит подобные драмы. Но мы живем в России и говорим о своих судьбах. Когда-то я в Ингушетии разговаривала с одним пожилым человеком. И он рассказывал, как их во время войны зимой в товарных вагонах вывезли в казахстанские степи и поселили в летних кошарах. Людей, которые умирали в дороге от голода и холода, просто выбрасывали из вагонов. Когда разрешили вернуться обратно, то их родовые дома были заняты. На равнине даже не разрешили поселиться, загнали в горы. Даже в восьмидесятые годы они хлеб выпекали дома или везли из Владикавказа (тогда Орджоникидзе). Как Вы думаете — это сказалось на судьбе этих людей, их детей и внуков? Разве они не испытывали любви к своим детям и родителям? Но как она при этом проявлялась.

    [Ответить]

  12. Мария

    Здравствуйте, Зоя. Я в два этапа прочитаю этот рассказ можно? Вот половину прочитала, хочу высказаться. Остановилась на том, что дети могут быть ответственными у таких мам. Но, я так не считаю, да может во времена войны и было так. Сегодня уже далеко все не так. Я что-то подобное испытала в детстве со стороны родителей и это сказалось на моей личной жизни. Знаете я считаю детей надо своих любить, видеть в них личность в любом возрасте. И, тяжело на самом деле не только маме, но и ребенку. Поэтому я считаю, не смотря на то что нет мужа, нет помощи, надо выращивать семью из того, что есть. Деньги — это не главное, в жизни может так получиться, что муж к примеру не сможет зарабатывать, а у вас маленький ребенок. И, что нужно ребенку рассказать о том, что можно ненавидеть того кто не зарабатывает деньги.
    Думаю, что настоящую семью можно построить и без мужа и остаться мягкой, главное понять своего ребенка. Ведь дети они действительно не знают грязи, не знают проблем. И если правильно своего ребенка любить, общаться с ним, причем в любом возрасте. Он может такую любовь подарить, какой вы не получите не от одного мужчины никогда.
    Я, вот наслаждаюсь тем как моя дочка ко мне относится, а проблем было много. И мужиком себя чувствовала не раз и бывало часто, что годами поддержки никакой не было. Но все по тиконьку устаканилось. Дочки 6, мы с ней лучшие подруги. И мне очень приятно с ней общаться, хоть она совсем маленькая еще. А, дальше будет больше.
    Считаю, что доверие нужно завоевывать у своих детей. В противном случае, как бы грустно это не звучало, родители и дети — это чужие друг другу люди. Родители должны понимать, что они за своих детей в ответе. Они должны вести их по жизни, пока те маленькие, давать советы, читать и изучать книги по воспитанию. Быть рядом.
    А, в основном, родителю любят спрашивать то со своих детей, чему никогда их не учили и чего сами не делали. В общем не любили. Любовь — залог счастливой жизни. И не важно одна женщина воспитает детей или с мужем.

    [Ответить]

    Зоя:

    Мария! Статью, конечно же, лучше сначала дочитать. Во второй части как раз и будет ответ на все Ваши вопросы. В любом правиле есть непременно исключения, но основа такая, как она есть и автор отразила то, что характерно в целом для связки история страны — история рода — личная судьба того или иного поколения. Гиперактивность, с которой Вы поспешили не согласиться, она была и в послевоенное время, есть и сейчас. Это я могу подтвердить личными наблюдениями за период работы со студентами и учащимися. Детям бывает сложно не только при недостатке любви, но и тогда, когда ее очень много. Не думаю, что на ребенка стоит взваливать ту любовь, которую Вы должны отдать мужчине и получить от него. То, что хорошо, когда дети еще маленькие, может обернуться большой проблемой, когда они вырастут. Пример с неполной семьей: автор не трактует как ненависть к отцу, посмотрите еще раз. Более того, детский психолог Ирина Василакий, работая с неполными семьями, тоже опирается на историю рода. Не все так однозначно. Мамы, которые оставались во все времена без поддержки, тоже любили своих детей, не надо их осуждать, просто у них порой не хватало сил проявить эту любовь к детям, а о любви к себе они просто уже и не думали.

    [Ответить]

    Мария:

    Я прочитала статью, выше комментировала. Очень серьезная статья, да и вообще в интернет много чего серьезного пишут. Только не все читают. Где-то в комментариях вы написали надо своих детей заражать энергетикой счастья, я то же так считаю. Я не кого не осуждала, просто хотелось высказаться, но видать не получилось.
    Знаете я считаю в воспитании со своими детьми надо с ними побольше разговаривать, общаться и помогать им. Чтоб дети чувствовали поддержку, но не в коем случае не пользоваться тем доверием, которое заслужили.
    А вообще считаю, что дети это не главное в жизни человека, хотя если бы я не могла иметь детей то обязательно усоновила его.
    Как бы сложно не было, человек — женщина и мужчина, должны состоятся и как ребенок, и как сын, и как муж, и как отец, и как дедушка, и как брат, и как сосед, и как творческая личность. Развиваться надо в разных направлениях, прежде всего надо всего начинать с себя. Не винить не кого и пытаться внести яркие краски в жизнь.

    [Ответить]

    Зоя:

    Мария! Спасибо Вам за комментарии, за такой личный и откровенный разговор. Наверное, у Вас сейчас не самый легкий период в жизни. Нам часто кажется, что родители не понимают нас. Это не всегда так, хотя в силу разных причин и это возможно. Но родителей не выбирают, их принимают такими, какие они есть. Они прожили свою порой большую жизнь, со всеми сложностями, своими установками, им сложно перестроиться, особенно в наш быстрый век. Моей маме уже скоро будет 86 лет. Как я могу ей объяснить преимущества сегодняшнего для, если она всю жизнь помнит тот яблоневый сад и дом родителей, который им пришлось оставить и уехать в Сибирь, чтобы спасти свою семью. А потом война и ранняя работа. Она эту боль сохранила на всю жизнь и многие моменты в жизни воспринимала через это. Она тоже не во всем соглашалась с нами, порой считает, что мы не так воспитывали детей, а теперь балуем внуков. Но мы воспринимаем ее такой и рады, что она у нас есть. Жалко, что нет уже отца. Это ведь наши корни. Хотя в свое время я тоже уезжала из дома учиться, потом работала на юге России. Домой вернулась уже совсем с другим восприятием мира. Чтобы не спорить и ни кого не обижать сначала сняла квартиру, потом купила свою.
    Вы все правильно говорите, потому, что это Ваша жизнь и Вы не должны быть ни на кого похожи, думать как все. Не стоит быть «хорошей девочкой». Просто, найдите свой путь в решении проблем. Мир непременно изменится. Мое увлечение психологией межличностных отношений началось именно с того, что я стала искать ответы на свои вопросы. Не находила сразу, делала какие-то новые ошибки. При этом порой помогая другим, не могла помочь себе. Сейчас просто использую новые возможности: подключаюсь к тренингам, где рассматривают вопросы, связанные с силой рода, рассказывают о ролевых расстановках, техниках исполнения желаний — это все связано с личностным ростом, саморазвитием, позволяет многое понять и исправить. Что-то уже знала, что-то ложится на подготовленную почву. Во-первых, это очень интересно, во-вторых полезно и дает результаты. В любом случае меняется настрой, подзаряжаешься новой энергией, столько новых интересных людей узнала. Вот сегодня 13 лунный день — буду рисовать мандалу, свою собственную. Что бы ни получилось, это будет моим. Мне интересно общаться с Вами.

    [Ответить]

    Зоя:

    Заговорилась, компьютер заворчал, что много. Спасибо, что вы не отписываетесь дежурными фразами, а пишете свое мнение по-существу.

    [Ответить]

    Мария:

    Спасибо Вам за такой чудесный сайт. Теперь буду Вас постоянно читать, тем более что не за горами декретный отпуск я на 5 месяце почти. Так, что налаживаю контакты с блоггерами)))
    Свой путь не так легко найти, как кажется..Время покажет, надо побольше наверное интерисоваться и читать.
    Спасибо Зоя за то что так подробно ответили, у меня действительно тяжелые времена. Хочется порой выговорится, что-то для себя понять. И такие блоги как Ваш действительно ценность для любого человека! Берегите его и наполняйте, очень хорошие у вас статьи за душу берут.
    И про тренинги и про результаты тоже пишите. Я в последнее время думаю об этом постоянно, что наша удача зависит от того насколько мы правильно принимаем решение и общаемся с людьми.

    [Ответить]

    Зоя:

    Мария! И Вам спасибо за добрые слова, рада, что Вы нашли для себя полезные материалы. Успехов Вам, спокойствия, внутренней гармонии — Вы теперь отвечаете не только за себя. Все эмоции должны быть положительными и при этом искренними, от внутренней потребности, а не вымученными, потому что так надо. Вы уже делаете все правильно, раз ставите перед собой вопросы и ищете ответы. Не надо обижаться на своих родителей, кармически это неправильно, принимайте их такими, какие они есть. Не передавайте своему ребенку для решения вопросы, которые Вы способны решить сами. Раз эти вопросы возникли перед Вами сейчас, значит у Вас уже достаточно внутренней любви, чтобы найти верное решение. Вселенная ничего не делает во вред.

    [Ответить]

  13. Ирина Зайцева

    Очень сильная статья. Читала и тоже слезы …Спасибо за тему…

    [Ответить]

    Зоя:

    Ирина Зайцева! Да очень серьезная тема, пронзительная, поскольку касается практически каждого человека. Невозможно оставаться равнодушным.

    [Ответить]

  14. Людмила

    Статья как то задела за живое. Вечная проблема поколений. Наши устои. Русским женщинам присуще долго опекать и заботится о своих детях. Нам кажется что они не справятся , потому что в свое время наши родители тоже опекали нас . Но с другой стороны как бы не нравилось молодым, опытный совет всегда полезен.И самое главное это любовь к ближнему.Когда искренне любишь и заботишься о своих детях , грубить они не будут и всегда поймут и оценят.

    [Ответить]

    Зоя:

    Людмила!Даже когда искренне любишь, не всегда, к сожалению, надо предлагать детям свои, на наш взгляд, полезные советы. На уровне души они пришли за своим собственным опытом, а мы таким образом лишаем их энергии. Важнее выстроить партнерские отношения с детьми, так чтобы шел обмен энергиями, тогда и советы и помощь будут впрок. Не всегда получается уловить эту тонкую грань.

    [Ответить]

  15. Юлия

    Сильная статья. Ставлю твит. Очень хочется, чтобы люди читали эту статью и задумывались над своей жизнью, понимали первопричины поступков и своего поведения. Это, конечно, первый шаг, но без него дальше не пойдешь.

    [Ответить]

    Зоя:

    Юлия! Конечно же, первый шаг — это осознание причин, а потом большая работа, прежде всего внутренняя, над собой любимым, а чаще всего не любимым, потому что, как показывает практика, себя то мы и не умеем любить.

    [Ответить]

  16. Алла

    Когда читаю и слушаю, что пережили наши предки, бабушки, дедушки, то становится просто стыдно за свое нытье.
    Помню, когда еще училась нас в обязательном порядке заставлятл идти на просмотр фильма «Иди и смотри». Мы упирались, находили отговорки. И тогда меня просто поразил анонс на рекламном стенде этого фильма. Там было написано: Если люди сумели ЭТО пережить и выстоять, то вы просто обязаны это знать.

    [Ответить]

    Зоя:

    Алла! Мы обязаны это не просто знать, а понимать, при этом не пытаться осуждать старшее поколение, обижаться на своих родителей, а извлекать уроки, которые позволят самим правильно относиться к себе, детям, родителям.

    [Ответить]

  17. Анастасия

    Сильная статья, я пока не задумывалась о обо всем этом. Мои родители старались воспитывать у нас самостоятельность, советы давали, но и не вмешивались грубо в нашу жизнь. В семье нас трое сестер.

    [Ответить]

  18. Татьяна

    А я старалась много не советовать своему сыну, всё равно сделает по-своему. Да, я была права иногда, так как опыт жизненный большой, а он ошибался. Но говорит, это моя ошибка. Но сын вырос замечательным человеком. чему мы с мужем очень рады!

    [Ответить]

    Зоя:

    Татьяна! Наверное, в чем-то наши дети мудрее нас порой. На уровне души они тоже приходят в эту жизнь за своим опытом и имеют право на свои ошибки, на свой выбор.

    [Ответить]

  19. Елена

    Сильная статья! Конечно, проблемы одного поколения накладываются на следующие. Но я никогда не задумывалась насколько все последовательно и одно цепляется за другое. Все понятно, что люди не сами виноваты, что стали такими какими стали, но как же тяжело жить с такими людьми с их изуродованной любовью… Я читала книгу Санаева «Похороните меня за плинтусом» и я сейчас про нее, но ведь и в жизни таких примеров пруд пруди…

    [Ответить]

    Зоя:

    Елена! Но даже если оставить в покое такие крайности, в каждом из нас есть какие-то необоснованные страхи, беспокойство, которые мешают жить и их не всегда можно объяснить только исходя из своего опыта.

    [Ответить]

  20. Галина Жолдош

    Очень обстоятельный анализ.
    Моя бабушка ребенок войны. Она привыкла очень много работать и даже на пенсии не могла угомониться. Наверное, считала меня ленивой, потому что я не подрываюсь в 5 утра вместе с ней :) До сих пор не понимаю, зачем так рано вставать, если мы и так все успевали. Но это же привычка, выработанная годами.
    И это желание всех накормить. Через пару поколений, наверное, уже не будет таких бабушек, привычных для нашего глаза. Вечно копошащиеся, в платочках, всегда при деле, всегда готовы нас угостить горячими пирожками. Даже не знаю, что будет дальше.

    [Ответить]

    Зоя:

    Галина! Суть наших бабушек, конечно же, не в платочках, таких привычных глазу, а в их привычке трудиться, не тратить времени попусту, их гостеприимстве, хлебосольстве, желании каждого обогреть, поддержать. Конечно же не хватает их тепла.

    [Ответить]

  21. Галина

    Каждое поколение хочет оградить следущее от собственных ошибок, но у каждого они свои.

    [Ответить]

    Зоя:

    Галина! Если не принять, не переосмыслить, не исправить свои ошибки, то они достаются в наследство нашим детям.

    [Ответить]

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Анти-спам. Решите пример: Лимит времени истёк. Пожалуйста, перезагрузите CAPTCHA.

Можно использовать следующие HTML-теги и атрибуты: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong> <img src="" alt="" class="" width="" height="">